В современной науке о языке, в частности, в теории дискурса, понятия полифония и диалогизм занимают особую позицию. Данные понятия являются частью сложной многослойной организации текста, которая заключается во взаимодействии множества точек зрения (или голосов) для выполнения определённой коммуникативной цели. Актуальность настоящего исследования заключается в отсутствии однозначной интерпретации данных терминов и в их активном применении для дискурсивного анализа текстов разных жанров: от художественных до текстов, которые можно отнести к области медиадискурса.

Проведение сравнительно-сопоставительного анализа понятий полифония и диалогизм является необходимым для конкретизации значения этих понятий, а также для осуществления дальнейших исследований проявления полифонии и диалогизма в разных типах дискурса. Среди современных подходов к соотношению полифонии и диалогизма при текстовом анализе можно выделить: (1) смешение данных понятий, которое проявляется в использовании понятий полифония и диалогизм без учёта их возможных различий; (2) синонимичное использование понятий, при этом обосновывается их сходство, а в тексте используется только одно из них; (3) четкое разграничение понятий и их использование независимо друг от друга. Исходя из этого, формируется цель настоящей статьи, которая заключается в выявлении специфики полифонии и диалогизма в рамках дискурсивных исследований и определении терминологических границ этих явлений и соотношения между ними.

Основу статьи составляют научные труды, посвященные исследованиям полифонии и диалогизма в лингвистике и, в частности, в теории дискурса, такие как работы М. М. Бахтина [Бахтин, 1929; Бахтин, 1986; Бахтин, 2000; Бахтин 2002], в которых полифония и дискурс рассматриваются с точки зрения философии и литературоведения, а также исследования французских и скандинавских ученых [Отье-Ревю, 1999; Anscombre, 2006; Bally, 1965; Ducrot, 1980; Ducrot, 1984; Fløttum, 2002; Nølke, 2000; Noren, 2010; Perrin, 2004], изучавших полифонию в рамках дискурса и семантики. В анализ также были включены работы, посвященные смежным понятиям, связанным с теорией полифонии (интертекстуальность, интердискурсивность, транстекстуальность, гетерогенность) [Кристева, 2013; Кузьмина, 1999; Москвин, 2013; Фатеева, 2012; Чернявская, 2009; Authier-Revuz, 1982; Genette, 1982; Maingueneau, 2001], что позволило рассмотреть понятия диалогизм и полифония в более широком теоретическом контексте.

Методологическая база исследования сочетает такие методы, как сравнительно-сопоставительный анализ, структурно-семантический анализ и терминологический анализ. На основе сравнительно-сопоставительного анализа были обозначены сходства и различия в рассмотрении теории полифонии разными исследователями, а также определении ее структурных элементов, что позволило систематизировать существующие в лингвистике подходы. Структурно-семантический анализ применялся при изучении теории О. Дюкро и модели ScaPoLine и позволил выявить роль и функции элементов теории полифонии.

Основоположником теории полифонии считается философ М. М. Бахтин. В своём труде «Проблемы творчества Достоевского» (1929) [Бахтин, 1929] исследователь анализирует произведения Ф. М. Достоевского и вводит понятие полифонического романа, в котором присутствует множество разных голосов. Термин голос М. М. Бахтин использует в качестве категории поэтики и определяет его как точку зрения героя произведения, которая является равноправной по отношению к точкам зрения других героев и не зависит от позиции автора [Алимбекова, 2024; Бахтин, 1986; Бахтин, 2002].

Полифония, по мнению М. М. Бахтина, представляет собой онтологическое существование самостоятельных точек зрения, каждая из которых выражает собственную мировоззренческую позицию. При этом точка зрения автора также участвует в полифоническом взаимодействии, однако она не является преобладающей и не влияет на позицию его героев, а скорее организует все существующие голоса в полифонический диалог [Бахтин, 2000; Бахтин, 2002].

Понятие диалога в теории М. М. Бахтина также играет важную роль, поскольку именно описанию явления диалогизма автор уделяет бóльшее внимание. Диалогизм, по мнению автора, – это характер взаимодействия голосов в произведении. М. М. Бахтин утверждает, что даже в формально монологическом высказывании присутствует диалог, поскольку оно вступает во взаимодействие с другими высказываниями, а также возможной реакцией адресата [Бахтин, 1986].

Таким образом, в бахтинской теории понятия полифония и диалогизм априори не синонимичны: М. М. Бахтин дополняет понятие полифонии понятием диалогизма. Полифония – это факт присутствия множества голосов, точек зрения в высказывании, а диалогизм – принцип взаимодействия этих голосов [Корнеева, 2016]. Из этого можно сделать вывод, что критерием для сопоставления этих понятий является способ сопоставления множественности: поли- – множество голосов как факт, и диа- – принцип взаимодействия (консенсус, спор, согласованность, отрицание).

В дальнейшем идеи М. М. Бахтина переосмыслили французские и скандинавские учёные. Французские учёные [Отье-Ревю, 1999; Bally, 1965; Genette, 1982; Maingueneau, 2001; Perrin, 2004] расширили значение понятия полифония и предложили использовать данный термин не только для анализа художественных произведений, т. е. только в литературоведческом смысле, но также и непосредственно в лингвистическом – для анализа дискурса, семантики и прагматики текста.

Так, полифонию исследовал Ш. Балли, однако, при описании структуры высказывания, которое выражает разные смыслы, исследователь не использовал термин полифония. Ш. Балли писал о наличии в высказывании собственно содержания, а также механизма, при помощи которого это содержание вводится в само высказывание – dictum и modus соответственно [Bally, 1965]. По мнению Л. Перрена, полифония – это не столько взаимодействие говорящих, сколько многослойная организация точек зрения, каждая из которых является самостоятельной, но в то же время вступает во взаимодействие с другими точками зрения. Это взаимодействие формируется по определенным правилам, которые создает как автор текста, так и его реципиент [Perrin, 2004].

Наиболее полной и системной является теория полифонии, развитая в трудах О. Дюкро. Исследователь рассматривает понятие полифония с точки зрения семантической структуры высказывания, в которой присутствует несколько точек зрения [Ducrot, 1980; Ducrot, 1984]. Нововведением О. Дюкро является чёткое разграничение терминов, входящих в теорию полифонии и в более широком смысле обозначающих позицию автора: говорящий (locuteur), производитель высказывания (utterer) и источник точки зрения (énonciateur) [Корнеева, 2015; Факторович, 2016; Dendale, 2007]. При этом, по мнению автора, говорящий не всегда совпадает с источником точки зрения: точки зрения могут либо сопоставляться друг с другом, либо дополнять друг друга, либо вступать во взаимодействие, но они никогда не совпадают с позицией автора [Ducrot, 1980; Ducrot, 1986].

В отличие от теории М. М. Бахтина, французские учёные, изучая явление полифонии, концентрируются не на философской природе диалога, а на дискурсивных и аргументативных функциях многоголосия, которые можно использовать для проведения дискурс-анализа [Лапунова, 2014; Anscombre, 2006; Ducrot, 1984].

Ж. Брес, однако, подвергает критике теорию О. Дюкро, обращая внимание на то, что О. Дюкро описывает и называет полифонией то, что М. М. Бахтин назвал диалогизмом – функциональной составляющей полифонии [Dendale, 2007], то есть исследователь ошибочно использует термин полифония [Bres, 2005]. В то же время в дальнейших исследованиях, изучающих многоголосие в лингвистическом аспекте, учёные также используют термин полифония, что указывает на то, что это понятие уже укоренилось в лингвистической традиции.

Скандинавские учёные концентрируют своё внимание на практическом применении теории полифонии для анализа дискурса, поэтому в своих работах особое внимание уделяют конкретным полифоническим маркерам, благодаря которым можно утверждать о наличии в высказывании различных точек зрения. Так, Р. Теркельсен [Therkelsen, 2009] изучает полифоничность вопросительных конструкций, М. Биркелунд [Birkelund, 2017] анализирует высказывания отрицания.

Представители скандинавской полифонической лингвистики (Х. Нольке [Nølke, 2001], К. Флоттум [Fløttum, 2002] и К. Норен [Noren, 2010]) разработали скандинавскую теорию полифонии, которую назвали модель ScaPoLine. Данная модель опирается на теорию О. Дюкро, а полифония в ней понимается как неотъемлемое семантическое свойство любого высказывания, которое заключается во взаимодействии определённых полифонических элементов, часть из которых заимствована из теории О. Дюкро: собственно производитель высказывания (locuteur), точка зрения (point de vue), дискурсивные субъекты (êtres discursifs) и связи внутри высказывания (liens énonciatifs) [Nølke, 2001]. Точка зрения является семантической структурой и имеет абстрактный источник (énonciateur), дискурсивные субъекты проявляются в образе говорящих, которые не соотносятся с собственно производителем высказывания и могут выполнять функцию источника высказывания, наделяя определённой позицией ту или иную точку зрения [Nølke, 2001].

Модель ScaPoLine имеет ещё бóльшую практическую значимость, чем теория О. Дюкро, поскольку представители скандинавской полифонической лингвистики делают акцент на конкретных маркерах полифонии, которые можно применять при анализе разных типов дискурса. И в теории О. Дюкро, и в модели ScaPoLine центральным понятием выступает именно полифония, а не диалогизм. Однако не представляется возможным утверждать, что в современной лингвистике данные понятия никак не связаны между собой, поскольку в работах французских и скандинавских учёных понятие диалогизм в понимании М. М. Бахтина, вероятно, присутствует имплицитно, выражая отношения (связи) между разными точками зрения и их возможным пониманием адресатом. Таким образом, по мере развития теории полифонии провести чёткое разграничение между двумя понятиями на теоретическом уровне становится довольно сложно, но они не являются синонимами.

Подтверждением этому служит формирование смежных понятий, которые так или иначе выражают идеи многоголосия. К таким понятиям относятся интертекстуальность (Ю. Кристева [Кристева, 2013], Н. А. Кузьмина [Кузьмина, 1999], В. П. Москвин [Москвин, 2013], Н. А. Фатеева [Фатеева, 2012]), транстекстуальность (Ж. Женетт [Genette, 1982]), интердискурсивность (Д. Мэнгено [Maingueneau, 2009], В. Е. Чернявская [Чернявская, 2009]), гетерогенность (Ж. Отье-Ревю [Authier-Revuz, 1982]).

Понятие транстекстуальность, предложенное Ж. Женеттом [Genette, 1982], используется для описания связей между текстами. На основе анализа текстов, а также их окружения, исследователь выделяет пять типов связей, основанных на разных элементах текста и языковых средствах, которые в них используются. Например, цитация и использование собственно-прямой речи свидетельствуют об интертекстуальных связях в тексте, а включение в текст иллюстраций – о паратекстуальных [Genette, 1982].

Интертекстуальность исследуют отечественные [Кузьмина, 1999; Москвин, 2013; Фатеева, 2012] и французские ученые [Кристева, 2013]. Понятие интертекстуальности также связано с взаимодействием одного текста с другими текстами, однако ученые трактуют эту связь в рамках культурного аспекта текста. Так, в отличие от Ж. Женетта, интертекстуальность в понимании Ю. Кристевой подразумевает пересечения текстов с точки зрения исторического и культурного контекстов [Кристева, 2013].

Интердискурсивность, исходя из названия, предполагает взаимодействие дискурсов. Д. Мэнгено пишет об отношениях, в которых один дискурс состоит с другими предшествующими или современными дискурсами [Maingueneau, 2009, p. 77].

Термин гетерогенность в своих работах использует Ж. Отье-Ревю. Его концепция заключается в том, что во взаимодействие вступают не разные типы дискурсов, а различные точки зрения, которые существуют внутри дискурса. Ученый разделяет внешнюю и внутреннюю гетерогенность. Внешняя гетерогенность заключается в наличии эксплицитных и имплицитных маркеров, которые служат для выражения одного дискурса в другом, а внутренняя гетерогенность определяется ученым как системная характеристика любого высказывания, которая не зависит от наличия явных лингвистических маркеров [Authier-Revuz, 1982].

Все эти понятия концентрируются на разных аспектах отношений между точками зрения в тексте. Эти отношения выражаются во взаимодействии текстов (интертекстуальность, транстекстуальность) и дискурсов (интердискурсивность, гетерогенность) внутри одного текста и реализуются при помощи определённых лингвистических средств.

Поскольку диалогизм также выступает принципом формирования отношений между различными голосами и точками зрения в рамках одного высказывания, считается возможным включить данный термин в ряд с другими понятиями, которые были указаны выше. При этом нельзя отрицать особое положение диалогизма среди других терминов, связанных с идеей многоголосия. Такие понятия, как интертекстуальность, гетерогенность и др., обуславливают взаимодействие множества различных точек зрения, которые выражаются в текстах и дискурсах, представленных внутри одного текста, в то время как понятие диалогизм, которое было введено М. М. Бахтиным, реализуется не на текстовом уровне, а является особым способом смыслообразования, которое обеспечивает взаимодействие различных голосов.

Проведённый анализ позволяет сделать вывод, что понятия полифония и диалогизм в рамках проведения текстового анализа не являются синонимами, но также не противопоставляются друг другу. Они, подобно голосам в тексте, вступают во взаимодействие и находятся в гипо-гиперонимических отношениях. В силу активного использования понятия полифония и развития теории полифонии в целом, основным, родовым понятием следует считать именно понятие полифония, описывающее структурно-семантическую организацию текста, в которой присутствует множество независимых точек зрения. Понятие диалогизм (а также понятия интертекстуальность, гетерогенность и др.) является видовым по отношению к полифонии, оно отражает характер взаимодействия голосов и является принципом смыслообразования текста. Таким образом, полифония и диалогизм взаимодействуют и дополняют друг друга, что создает условия для более комплексного исследования текстов, принадлежащих разным типам дискурса.